С минуты на минуту взойдет солнце и изгонит с гор ночной холод. В его лучах взору престанет поистене сказочная карасота. Высоченные пики, окутанные вечными снегами; вековечное непорочно-чистое небо, которое ближе к полудню обретает цвет ясного бледно-голубого алмаза; далекие луга такого ярко-зеленого цвета, какой редко встретиш в природе. Ничего этого снайпер не замечает. Если вы укажете ему на окружающие красоты, он просто не поймет вас. Красота природы, или женщины, или даже винтовки не входит в число понятных ему концепций, особенно учитывая то, что ему приходилось делать и где довелось побывать. Он просто не замечает ничего этого; его разум не способен мыслить подобным образом.<...> И сейчас для него не существует ничего. Ни прошлого, ни будущего, ни боли в теле, всю долгую ночь не подвижно пролежавшем на холодных камнях, ни возбуждения в ожидании событий, которыми, возможно, окажется богат наступающий день. Ни предчувствий, ни сожалений. Ничего. Перед ним на мешочке, туго набитом песком, лежит наискось орудие его ремесла. Он владеит им не хуже, чем любой частью своего тела; он бесконечно много упражнялся с ним, готовясь к тем тридцати секундам, каторые непременно наступят сегодня, или завтра, или послезавтра.<...> Опытный снайпер задерживает дыхание, приводит себя в состояние абсолютного спокойствия, но при этом ничего не желает. Он никогда ничего не решает, ни к чему не стремится. Это просто случается. ...

Стивен Хантер "Сезон охоты на людей"